Правовое регулирование аудиовизуальных медиауслуг в странах Евросоюза

Legal Regulation of the Audiovisual Media Services in Member Countries of the European Union

Шерстобоева Елена Алексеевна
кандидат филологических наук, доцент кафедры истории и правового регулирования отечественных СМИ факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, sherstoboeva@gmail.com

Elena A. Sherstoboeva
PhD in philology, Associate Professor at the chair of Russian Mass Media history and legal regulation, Faculty of Journalism, Lomonosov Moscow State University, sherstoboeva@gmail.com

Аннотация
Статья посвящена анализу основных положений Директивы Евросоюза «Об аудиовизуальных медиауслугах» ? ключевого документа, регламентирующего уровень их правового регулирования в государствах участниках Евросоюза. В ней рассматривается инновационный для права СМИ подход в области правового регулирования телевидения, связанный с технологическими изменениями. Автор поясняет терминологию документа, критерии аудиовизуальных медиауслуг, а также принципы их классификации на линейные и нелинейные.

Ключевые слова: правовое регулирование, аудиовизуальные медиауслуги, линейные аудиовизуальные медиауслуги, телевидение, нелинейные аудиовизуальные медиауслуги.

Abstracts
The article is devoted to the analysis of the main provisions of the Directive for Audiovisual Media Services (AVMS) of the European Union as a key document stipulating the level of their legal regulation in EU member states. Innovative approach to media law in respect to the technological changes is accurately considered herein. The author explains the terminology of this document, criteria for the audiovisual media services, as well as the principles of their classification into linear and non-linear.

Key words: legal regulation, audiovisual media services, linear audiovisual media services, television, non-linear audiovisual media services.

Острые дискуссии о вероятном конце традиционного ТВ постепенно переходят в русло конструктивного анализа того, какие качественные изменения произошли в специфике потребления телевизионной продукции, а главное ? каковы их последствия для медиаиндустрии. Как отмечается в отраслевом докладе Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям «Телевидение в России 2011», «набирающий популярность «нелинейный» – отложенный и заказной – способ телесмотрения знаменует переход ко второму этапу цифровизации, который уже наступил в некоторых медиасистемах. Важной характеристикой таких медиасистем является «цифровое богатство» ? не только расширившиеся возможности технологического доступа к цифровой инфокоммуникационной среде, но и увеличившееся предложение цифрового содержания и цифровых услуг»¹. Исследователь В. Ройтман полагает, что в целом специалисты выделяют два потенциальных направления для дальнейшего развития традиционного ТВ: это необходимость распространять свой контент на разнообразные устройства и постепенный переход к видео по запросу². Глобальный переход от массовой модели к кросс-платформенному эговещанию³ ( egocasting ), при котором зритель может смотреть любую телепередачу в любое время и в любом месте, неизбежно должен был привести и к формированию адекватного правового поля.

Одной из таких попыток стал пересмотр принятой еще в 1989 г. Директивы Евросоюза «Телевидение без границ»⁴, устанавливающей минимальные стандарты регулирования ТВ в странах Евросоюза. Ключевые направления реформирования, сформулированные в одном из докладов Комиссии (сфера применения; увеличение культурного разнообразия и продвижение произведений, произведенных в Европе, а также произведений независимых продюсерских компаний; увеличение плюрализма СМИ; регулирование рекламных коммуникаций; защита несовершеннолетних и человеческого достоинства; право на ответ; право на информацию и короткие новостные сообщения), сразу указали на глобальный характер будущих изменений Директивы, который потребовал принципиально иной терминологии⁵.

Обновленная версия Директивы получила название «Об аудиовизуальных медиауслугах».⁶ Таким образом авторы документа отказались от анахроничного термина «телевидение» даже в заглавии ? в пользу более широкого и, на наш взгляд, более коммерчески ориентированного понятия «аудиовизуальные медиауслуги» (д алее – АВМУ ) .

Директива устанавливает ряд минимальных требований в отношении сектора АВМУ. Согласно пункту 1 статьи 2 документа, каждое государство-член Евросоюза должно обеспечивать, чтобы все АВМУ, передаваемые провайдерами, находящимися под его юрисдикцией, соответствовали правовым нормам, применяемым к АВМУ в данном государстве. При этом оно вправе детализировать или установить более жесткие правила регулирования, чем предусмотренные Директивой.

Следует отметить, что с момента принятия новой версии 18 декабря 2007 г. прошло достаточно времени для качественной оценки Директивы об АВМУ – как в отношении самого документа, так и в отношении его имплементации в законодательство стран Евросоюза. При этом все страны-участницы должны были привести национальное законодательство в соответствие с новыми требованиями в течение 24 месяцев с момента принятия документа. Новый подход к правовому регулированию аудиовизуальной сферы, предлагаемый Директивой, подробно рассматривался в работах зарубежных ученых в сфере медиаправа: С. Николчев, К.М. Брона, Э. Джоли, Н. Ван Эйка, В. Литтла, М. Бурри-Неновой, С. Артымьяка, М.Д. Кола, П. Вальке, Д. Стивенса, Е. Льевенса, Е. Веркерса, В. Портера, О. Херманнса и П. Матснеллера⁷ и др. В апреле 2011 г. в г.   Лондоне по инициативе Европейской аудиовизуальной обсерватории и Института европейского медиаправа (EMR) был проведен специальный семинар, задачей которого являлась оценка реализации Директивы в государствах-членах Евросоюза. Принятию новой версии Директивы и ее основным нововведениям были посвящены тезисы А.Г. Рихтера⁸ на русском языке. Однако подробный анализ Директивы об АВМУ отечественными исследователями не проводился.

В настоящей работе мы не ставим задачу исследовать все новации, предлагаемые Директивой. В основном в статье рассматривается применимость терминологии, впервые вводимой данным документом в теорию медиаправа, а также проблемы предлагаемой им классификации АВМУ на линейные и нелинейные, определяющей уровень их правового регулирования. На наш взгляд, именно эти аспекты Директивы имеют ключевое значение как для науки о праве СМИ, так и для теории телевизионной журналистики, претерпевающей кардинальные изменения на современном этапе.

В целом под действие Директивы об АВМУ подпадают аудиовизуальные медиауслуги, основной целью которых является предоставление обществу программ для информирования, развлечения или образования посредством телекоммуникационных сетей. (Статья 1(a) Директивы). АВМУ являются либо линейными услугами, либо «услугами «по запросу» (нелинейная услуга). Таким образом, Директива устанавливает единый уровень регулирования для всех АВМУ, при этом не имеет значения, каким образом зритель смотрит программы: в интернете, посредством эфира, спутника или кабеля. Так реализуется принцип технологической нейтральности вещательных платформ, заявленный Директивой и отражающий усиливающуюся конвергенцию сектора АВМУ.

Линейные АВМУ определяются в Директиве как предоставляемые для одновременного просмотра программ на основе программы передач (сетки вещания) (Статья 1(e) Директивы). Согласно статье 27 Декларативной части Директивы линейные услуги охватывают, в том числе, аналоговое и цифровое телевидение, потоковую передачу, интернет-вещание и «почти-видео-по-требованию»⁹. Ключевой их характеристикой является то, что посредством линейных АВМУ программы «принимаются обществом одновременно»¹⁰, и традиционный вещатель сам определяет, когда зритель будет смотреть ту или иную передачу.

В то время как пользователь нелинейной АВМУ, обладающий активным зрительским поведением, может воспользоваться ей, когда и где ему удобно. Нелинейные АВМУ, или услуги по требованию, предоставляются для просмотра программ в момент по выбору пользователя и по его индивидуальному запросу на базе каталога программ, выбранных провайдером медиауслуги (статья 1(g) Директивы). Нелинейные АВМУ набирают все большую популярность во многом из-за большей свободы выбора, предоставляемой зрителям, которые могут смотреть передачи, в том числе предлагаемые линейными вещателями, или вообще не смотреть то, что не представляет для них интереса. Ряд провайдеров нелинейных АВМУ также производит собственный уникальный контент, адресованный определенной целевой группе. Дальнейшее развитие нелинейных АМВУ соответствует общемировой тенденции, справедливо отмеченной в вышеупомянутом докладе «Телевидение в России 2011», при которой фрагментированная аудитория трансформируется в диффузную (по определению Н. Аберкромби и Б. Лонгхерста): «Зритель практически постоянно, в любой момент времени может быть членом аудитории любой телепрограммы». Авторы доклада отмечают, что диффузная аудитория может стать следующим этапом «фрагментации в условиях цифровой мультиплатформенной медиасреды»¹¹. Таким образом, преимущество нелинейных АВМУ в отношении выбора контента для зрителя очевидно.

В Декларативной части Директивы (статья 58) объясняется ключевая идея классификации АВМУ. Она заключается в том, что АВМУ по требованию отличаются от линейных в отношении выбора и контроля, который может осуществлять пользователь, а также в отношении влияния, которое они оказывают на общество. Логично, что степень свободы и контроля пользователя при просмотре программы по его запросу значительно выше, а степень влияния медиапровайдера на зрителя – ниже, поэтому для линейных АВМУ Директивой устанавливается более строгий правовой режим регулирования, для нелинейных – более слабый. Такой подход получил в научной литературе название «двухуровневого режима» регулирования.

Вместе с тем для создания равного «игрового поля» Директива устанавливает ряд базовых требований для всех АВМУ:

• Идентификации вещательной организации (Статья 5 Директивы) ? для того, чтобы можно было легко обнаружить ее местонахождение и связаться с лицами, ответственными за содержание АВМУ, в том числе, по электронной почте;
• Запрета подстрекательства к ненависти по признаку расы, пола, религии или национальности, которое прямо запрещено в статье 6 Директивы;
• Увеличения доступности АВМУ для людей с ограниченными возможностями зрения или слуха (Статья 7 Директивы). Согласно статье 46 Декларативной части Директивы, провайдеры АВМУ должны использовать, в том числе, такие средства, как сурдоперевод, субтитры, аудио-описание и простую навигацию в меню.
• Соблюдения авторских прав на кинопроизведения (Статья 8 Директивы);
• Аудиовизуальных рекламных коммуникаций и спонсорства (Статьи 9-10 Директивы).

Набор дополнительных требований для нелинейных АВМУ ограничивается следующими положениями (Глава IV Директивы):

• Ограничением на предоставление АВМУ, которые могут нанести серьезный вред физическому, умственному или нравственному развитию несовершеннолетних (Статья 12 Директивы).
• Содействием производства и приобретения прав на европейские программы или увеличением доли и (или) места европейских программ в каталоге (Статья 13 Директивы).

Относительно предоставления телевизионных услуг Директива устанавливает следующий – расширенный – набор требований:

• Запрет на эксклюзивную трансляцию событий, имеющих предположительно важное значение для общества¹², в случае, если при этом значительная его часть лишается возможности следить за такими событиями по бесплатному телевидению. Государство-член Евросоюза должно составить список событий (Статья 14 Директивы), имеющих важность для его населения. Директива разрешает использо�