Сивякова Екатерина Викторовна
АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук
Диссертация выполнена на кафедре периодической печати факультета журналистики Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова.
Научный руководитель: кандидат филологических наук, доцент Реснянская Людмила Леонидовна
Официальные оппоненты: доктор политических наук, профессор
Коновченко Светлана Васильевна
кандидат филологических наук
Джилавян Арман Гагикович
Ведущая организация – Институт международного права и экономики им. А.С. Грибоедова.
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке МГУ им М.В. Ломоносова по адресу: 119192, Москва, Ломоносовский проспект, 27.
Ученый секретарь
Диссертационного совета
доцент В.В. Славкин
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Публичная политика как политика в интересах граждан строится на основе общественного участия в политическом процессе, направленном на подготовку и принятие решений, связанных со стратегией развития и политическими курсами, их реализацией и контролем. Публичный политический процесс означает включенность граждан в непрерывный диалог по общезначимым проблемам, доступ к которому открыт для всех политических сил.
Формирование публичной политики опирается на структурирующие политический процесс институты представительства, действующие гласно, предъявляющие, артикулирующие и защищающие интересы общественных групп. Институтами, непосредственно занятыми в производстве публичной политики, являются органы законодательной власти и СМИ. Каждый из них имеет свои компетенции и задачи. Законодательная власть, конституированная посредством всеобщих выборов в ходе партийной конкуренции, через процедуры дебатов, обсуждений, согласований отвечает за баланс общественных и частных интересов, необходимый для создания курса эффективной политики. В рамках структур законодательной власти развертывается информационный обмен, предусматривающий участие субъектов политики, результатом которого становится директивное решение, определяющее направления реальной политики.
Другой институт представительства ‒ СМИ ‒ обеспечивающий подключение общества к выработке политических решений уже на массовом уровне, не имеет директивных полномочий, однако выполняемые им в поле политики функции соотносятся с парламентскими. Средства массовой информации также ориентированы на артикуляцию существующих в обществе интересов, сопоставление мнений и взглядов, обсуждение и экспертизу деятельности всех ветвей власти, презентацию и анализ инновационных предложений. Неслучайно, СМИ нередко называют «медиапарламентом». Сходство и различия между характером информационных обменов, протекающих в структурах органов законодательной власти и информационном поле журналистики, определяются целями деятельности каждого института, их функциями в политическом процессе и широтой коммуникации. В «реальном» парламенте информационный обмен развивается внутри корпуса народных представителей. Политика как «общение свободных граждан» осуществляется только в открытом контуре коммуникации, создаваемом средствами массовой информации. Взаимодополняющие друг друга в производстве публичности, институты представительства усиливают потенциал участия и влияния общественности на все этапы политического процесса.
Актуальность исследования. Институциональный дизайн политической системы современной России, закрепленный Конституцией РФ, полностью соответствует демократическому устройству. Но, несмотря на конституционное уложение, обусловливающее наличие институтов представительства, способных вырабатывать публичную политику, проблема «дефицита публичности» в российской политической жизни остается не только актуальной, но и приобретает остроту.
Под дефицитом публичности понимается непрозрачность и недиалогичность действий политических акторов, пренебрежение к принципам политического плюрализма, приведшим к исчезновению конкурентности политической среды и дееспособности оппозиции, рецидивам авторитаризма, замене соревновательности в отношениях партий политическими технологиями, а также контролю исполнительной властью состояния всего политического поля. Снижение значимости главного института публичной политики в политической жизни сказалось и на коммуникативной функции СМИ: информационные обмены не могут быть полноценными в случае деградации основного субъекта представительства. В публицистике и в научной литературе эта ситуация стала называться «прерванным диалогом», т.е. нарушением открытого, гласного, целенаправленного взаимодействия власти, СМИ и общества. Исследователи межсистемной трансформации, начавшейся в России в последнем десятилетии прошлого века, говорят о сложившейся в постъельцинский период «управляемой демократии», сочетающей в себе формально функционирующие демократические институты при фактическом патернализме. Аналитики полагают, что «конфликтный плюрализм» в годы правления Б. Ельцина сменился «политическим рынком» и «торжеством политического спектакля», которые превратились в «ритуальную стабильность» и безальтернативные стратегии развития страны.
Определенное оживление в политической жизни наблюдается в период выборов и смены позиций в истеблишменте: появление «дуумвирата», новой конфигурации высших должностных лиц страны в 2008 г.; выборов в регионах с использованием, что характерно для «суверенной демократии», манипулятивных технологий и заранее известной победой партии власти (выборы в регионах, октябрь 2009 г.); техногенных катастроф, требующих определения персональной вины (авария на Саяно-Шушенской ГЭС, август 2009 г.), военных конфликтов с участием российских вооруженных сил (грузино-осетинский конфликт, август 2008 г.); мировых кризисов. Кратковременное возрождение практики дискуссии и апелляция к общественному мнению, всплески интереса власти к обществу с последующей активизацией внимания СМИ к общезначимым проблемам свидетельствуют, прежде всего, об имитации публичности, поскольку существующая общественная потребность в обсуждении стратегий развития так и остается на периферии политического процесса. Между тем политическая и экономическая модернизация страны является не только приоритетной целью, но и проектом жизни общества на более качественном уровне, проектом, в котором должны учитываться интересы всего общества. В этом контексте изучение условий и факторов эффективного функционирования институтов публичной политики и механизмов стимулирования общественного участия представляет научный интерес.
Степень разработанности темы. Исследование публичной политики, ее субъектов, механизмов и ресурсов формирования, социально-политических эффектов и результатов включает несколько самостоятельных направлений. Изучается роль государства в регуляции публичного пространства (Р. Кастель, Е. Тодд). Достаточно полно исследована проблематика общественного участия в политическом процессе. Политическое участие в существующих подходах к анализу этого феномена признается возможным только при демократии, т.е. тип политического устройства общества является предоминантным фактором. Мировое признание получила монография «Структурное преобразование публичной сферы: введение в категорию буржуазного общества» (1971) Ю. Хабермаса, крупнейшего социального философа второй половины ХХ века. Этому выдающемуся ученому принадлежит термин «публичная сфера», которая делает реальным для любого гражданина участие в общественной дискуссии, являющейся «двигателем» политического процесса. Существование публичной сферы, по Хабермасу, обеспечивается наличием оппозиции и свободной прессы – важнейших индикаторов демократии.
Корреляция публичной политики и демократии присутствует и в трудах современных российских исследователей, соотносящих публичность политики со степенью демократичности политического режима. Отечественные специалисты в сфере политических наук, анализируя феномен публичной политики, связывают его с особенностями процессов трансформации в постсоветском обществе и изменениями политической культуры граждан, не имевших демократической практики участия в принятии решений (Ю.А. Красин, Б.Ф. Славин, С.Н. Пшизова, О.Ю. Малинова, Н.Ю. Беляева). Рассматривая публичную политику в социально-историческом пространстве современные российские аналитики, как и их зарубежные коллеги (В. Рэм, В. Лусоли, К. Бурдье и др.) констатируют недостаточную эффективность публичных институтов, вызванную спецификой политической системы. Дисфункциональные эффекты деятельности институтов публичной политики, структур законодательной власти, политических организаций и прессы и создают «дефицит публичности». Опасный синдром нефункциональной работы институтов публичной политики исследуется в трудах Ю.С. Пивоварова, Н.Ю. Беляевой, Ю.А. Загоруйко, В.Я. Гельмана и др.
В научной традиции анализа публичной политики хорошо различим критический подход к вопросу политического участия. Так, американский социолог и политолог У. Липпман одним из первых поставил под сомнение компетентность общества в принятии решений и выступил за передачу этих полномочий «делегированным профессионалам» («Общественная философия», 1955). Деятельность профессиональных политиков как посредников общества в защите его прав стала предметом изучения целого направления («публичное администрирование») в области исследований публичной политики (Д. Крейтон, Д. Томас, Д. Гарнетт, К.Льюис, Д. Перри, Д. Хули, Ф. Томпсон, Х. Рэйни и др.).
Это направление исследований публичной политики, включающее и изучение принципов деятельности госаппарата, становится все более заметным в последнее десятилетие и в России (О.В. Гаман-Голутвина, О.Ф. Шабров, М.Ю. Павлютенкова, А.И. Соловьев). В рамках данного направления российскими исследователями особое внимание уделяется перспективам «нового публичного менеджмента» (new public management), разрабатываемого такими западными учеными, как Б. Бостон, Дж.Страуссман, Д. Осборн и Т. Геблер и др., а также концепциям «новой публичной службы» (new public service), теориям повышения качества государственных услуг, включенности общества в процесс принятия государственных решений и общей децентрализации государственного управления – ориентации на местное самоуправление. Заметный научный интерес к указанным концепциям, а также к сетевой теории организации политического пространства (Г. Питерс, Р. Родс и Д. Марч) свидетельствует об отходе от классической парадигмы рациональной бюрократии М. Вебера и переносе акцента на преимущества партнерских, горизонтальных отношений между государством, обществом, другими политическими акторами.
Новые принципы организации государственного управления определяются и формулируются в теории «электронной демократии», раскрывающей использование сетевых компьютерных технологий для повышения качества коммуникаций между властью и обществом в условиях информационного общества и способствующих реализации демократического процесса (М.Н. Грачев, Л.В. Сморгунов). Принципы электронной демократии представлены в Федеральной целевой программе «Электронная Россия 2002 ‒ 2010».
Исследования публичной политики сопряжены и с изучением информационных обменов, значение которых возрастает в связи с переходом к информационному обществу. Условно авторов работ, посвященных этой проблеме, возможно объединить в одну группу как теоретиков информационного общества: Д. Белл (теория постиндустриального общества), М. Кастельс (информационный капитализм в сетевом обществе), Г. Шиллер (изучение потребности капитализма в информации и манипулировании ею), Э. Гидденс (теория «рефлексивной модернизации»), Ж. Бодрийяр и др. Публичность рассматривается ими, прежде всего, как фактор существования новой информационной культуры и раскрывается, в основном, через функционирование средств массовой коммуникации. Коммуникативная составляющая публичной политики глубоко исследована П. Бурдье в его работах о социологии политики, политике и журналистике. Идеи французского социолога развиваются в трудах российской исследовательницы Н.А. Шматко.
Для понимания функционирования СМИ как института публичной политики большое значение имеют исследования, связанные с природой и анализом деятельности социальных и политических институтов: Г.Спенсер и Э. Дюркгейм (институт как общественный порядок), Т. Парсонс (сущность и схема социального действия, производимого институтами, цель и условия, функциональные и ролевые особенности их действия), Р.Мертон (особенности типологии функций институтов), П. Бергер и Т.Лукман (конструирование реальности как установление социального порядка), М. Вебер (социальная сущность политической журналистики), Н.Смелзер (формы участия граждан в политической деятельности, ролевые статусы и конфликты институтов), Д. Норт (общие принципы функционирования институтов).
В российской науке исследование социальной сущности СМИ наиболее глубоко представлено в работах И.Д. Фомичевой, институциональный аспект функционирования средств массовой информации – С.П. Перегудова. Тем не менее, несмотря на солидную научную литературу и фундаментальные исследования, вопрос о СМИ как институте представительства практически не изучен.
Объект исследования – общероссийские СМИ как институт публичной политики.
Предмет исследования – формы и методы участия общенациональных печатных средств массовой информации в формировании публичной политики.
Цель исследования – определить особенности деятельности СМИ как субъекта публичного политического процесса.
Для реализации цели были поставлены задачи:
1. Раскрыть понятие «публичная политика».
2. Установить индикаторы публичности политического процесса.
3. Определить условия формирования публичности политики.
4. Выделить структурно-функциональные особенности институтов публичности.
5. Выявить тенденции и проблемы развития публичной политики в посткоммунистической России (1991 – 2009 гг.).
6. Проанализировать феномен «дефицита публичности» в современной политической жизни страны.
7. Охарактеризовать технологии производства публичности институтами публичной политики.
8. Изучить влияние общенациональной печатной прессы на состояние публичной политики.
Научная новизна диссертации состоит в изучении роли СМИ как института публичной политики, в сходстве и различиях функций средств массовой информации и другого института публичной политики – российского парламента. Впервые проанализированы эффекты участия СМИ в политическом процессе, обусловленные структурой политического поля постсоветского периода. Производство публичности, в котором средствам массовой информации принадлежит важная роль, как выявлено в ходе исследования, в условиях управляемой демократии неизбежно порождает дефицит публичности. Наиболее выразительно этот результат дисфункциональной деятельности не только СМИ, но и парламента, проявляется в непрозрачности политического процесса, применении эффективных технологий манипуляции во время выборных кампаний, свертывании общественных дискуссий, снижении гласности, что усиливает разобщение между властью и обществом и провоцирует падение уровня доверия к большинству политических институтов. Охарактеризовано состояние современной медийной системы, испытывающей давление со стороны системы политической. Показана взаимосвязь между потерей конкуренции в поле политики и усилением использования приемов манипуляции в поле журналистики. Проанализирована замена общественного диалога коммуникацией монологического типа, не предусматривающей ни задач просветительского характера, ни включения аудитории в информационный обмен, что, по сути, делает для СМИ невозможным осуществление функций представительства. СМИ как институт представительства теряет признаки субъектности или самостоятельности в выполнении присущего прессе комплекса социально-политических функций.
Теоретико-методологическая основа исследования. Теоретическая база диссертационной работы включает труды западных и российских ученых и обусловлена междисциплинарным подходом к изучению разных сторон публичной политики: политики в интересах граждан (Ю.А. Загоруйко, Н.Ю. Беляева, В.В. Лобанов); политического участия (Ч. Тилли, Р. Даль, Д. Милль, Ж. Кондорсе, У. Райкер, Д. Макки, П. Норрис; Б.Ф. Славин, Ю.А. Красин, С.Н. Пшизова, О.Ю. Малинова и др.); пространства взаимодействия политических акторов (П. Бурдье, С.П.Перегудов); публичной рефлексии власти и общества (Н.А. Шматко); разработки политических курсов с учетом интересов общественных групп (А.В. Сунгуров; Д. Крейтон, Д. Томас, Д. Гарнетт, К. Льюис, Д. Перри, Д.Хули, Ф. Томпсон, Х. Рэйни и др.).
Деятельность СМИ как субъекта политики анализируется на основе работ таких ученых, как Я.Н. Засурский, И.И. Засурский, Е.Л. Вартанова, Н.М. Зоркая, Л.Л. Реснянская, О.Ю. Кольцова, Н.В. Костенко, А.С.Кустарев, В.В. Усачева, А.А. Храмчихин и др. Участие СМИ в формировании общественного мнения и механизмы медиатизации политики изучаются с опорой на работы социологов Ю.А. Левады, Б.В.Дубина, Л.Д. Гудкова. Анализ повестки дня в российских средствах массовой информации проводится на факультете журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова. По результатам исследований сотрудников факультета выявляются тенденции развития публичной политики.
Междисциплинарный характер исследования предопределяет методологический аппарат, используемый в диссертационной работе и базирующийся на количественных и качественных методах анализа исследуемой проблемы.
Главным методом исследования является метод моделирования, с помощью которого определяются важнейшие условия и факторы функционирования СМИ как института представительства, а также выявляются формы и методы участия средств массовой информации в формировании публичной политики.
В исследовании применяется вторичный анализ статистических данных, позволяющий изучить динамику общественного мнения относительно реализации публичного политического курса России в различные периоды, а также вторичный анализ интервью с представителями медиасообщества, результаты которого дают основания охарактеризовать отношение журналистов к ролевой самоидентификации в политическом процессе.
Анализ журналистских текстов, составляющих массив публикаций семи выборных кампаний и повестки дня, связанной с мировым экономическим кризисом, осуществлен методом контент-анализа.
Эмпирическая база исследования. Для выявления технологий участия СМИ в производстве публичности было проведено эмпирическое исследование. Посредством контент-анализа с использованием специально разработанной методики была изучена повестка дня пяти печатных СМИ, претендующих на статус «общенациональной» газеты: «Московский комсомолец», «Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Известия», «Новая газета». Выбор данных изданий, рассчитанных на широкую аудиторию, был обусловлен несколькими критериями: 1) территория распространения (более трети регионов Российской Федерации), 2) универсальная тематическая направленность, 3) различная периодичность, 4) величина тиража (более 200 тыс. экземпляров).
Анализ повестки дня этих изданий осуществлялся в связи с мировым экономическим кризисом, бесспорно оказавшим влияние на ход политического процесса. Исследование было проведено в две «волны»: 1-31 октября 2008 г. и 1-30 апреля 2009 г., что позволило сравнить динамику проблематики внутри одной темы. Первый период – начальная фаза кризиса, официально признанного в США в августе 2008 г. и обрушившего российский фондовый рынок в сентябре 2008 г. Второй период – активная фаза кризиса ‒ время обсуждения антикризисной программы российского правительства. В первую волну было проанализировано 516 публикаций: «Московский комсомолец» ‒ 169, «Аргументы и факты» ‒ 32, «Комсомольская правда» ‒ 143, «Известия» ‒ 138, «Новая газета» ‒ 34. Во вторую волну было проанализировано 534 публикации: «Московский комсомолец» ‒ 159, «Аргументы и факты» ‒ 33, «Комсомольская правда» ‒ 158, «Известия – 132, «Новая газета» ‒ 52. Общее количество проанализированных публикаций ‒ 1050.
Поскольку электоральные процессы являются наиболее выразительной формой производства публичной политики, то периоды исследования также определяются федеральными предвыборными кампаниями. Методом вторичного анализа была изучена повестка дня семи выборных кампаний федерального уровня (президентские кампании 1996г., 2000 г., 2004 г., 2008 г., думские кампании 1999 г., 2003 г., 2007 г.). Анализ проводился на основе результатов, полученных в рамках мониторингового исследования «Повестка дня выборной кампании», проведенного на кафедре периодической печати факультета журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова. Исследованию по специальной методике подвергались все материалы по теме выборов, опубликованные в следующих изданиях: «Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Известия», «КоммерсантЪ-daily», «Сегодня», «Московские новости», «Независимая газета», «Общая газета», «Советская Россия», «Правда», «Московский комсомолец» (1996 г.); «Аргументы и факты», «Известия», «Версия», «Власть», «Время МН», «Комсомольская правда», «КоммерсантЪ», «Литературная газета», «Московский комсомолец», «Московские новости», «Независимая газета», «Новая газета», «Общая газета», «Сегодня», «Советская Россия», «Труд» (1999-2000 г.); «Аргументы и факты», «КоммерсантЪ», «Комсомольская правда», «Московские новости», «Еженедельный журнал», «Русский журнал» и «Эксперт» (2003-2004 гг.); «Ведомости», «Известия», «КоммерсантЪ», «Комсомольская правда», «Московский комсомолец», «Московские новости», «Независимая газета», «Новая газета», «Новые известия», «Российская газета», «Твой день», «Власть», «Профиль», «Русский Newsweek», «The New Times», «Эксперт» (2007-2008 гг.).
Изменения общественного доверия к институтам публичной политики и к политическому курсу страны в целом определены посредством вторичного анализа статистических данных исследований «Левада-центра», Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), Института социологии РАН.
Научная достоверность диссертационного исследования достигнута благодаря:
· использованию различных типов источников;
· применению научно-теоретической методологии;
· исследованию масштабной эмпирической базы.
Положения, выносимые на защиту. По результатам исследования на защиту выносятся следующие положения:
1. Публичная политика осуществляется в интересах граждан и предполагает общественное участие в процессе принятия решений.
2. Сущностным ядром публичной политики является публичность. Индикаторами публичности являются: прозрачность деятельности власти, диалогичность взаимодействия политических акторов, открытый характер политического процесса, конкурентность политического поля.
3. СМИ являются институтом публичной политики и выступают субъектом функционального уровня. Средства массовой информации обеспечивают информационные контакты и информационные обмены между всеми субъектами политической системы.
4. Эффективное взаимодействие субъектов политического процесса требует определенных условий для информационных обменов их функционирования в качестве субъектов политического процесса. Институты публичной политики наиболее эффективно действуют в рамках демократического политического режима, определяемого как режим участия.
5. Неклассический вариант российской демократии является причиной дисфункциональной деятельности институтов публичной политики.
6. Неэффективное функционирование институтов публичности ведет к кризису доверия общества и снижает уровень общественного участия в процессе принятия решений.
7. Редукция конкуренции российского политического поля является причиной феномена «дефицит публичности».
8. Общенациональные печатные СМИ в структуре современной медийной системы способны взять на себя функции производства публичности в силу традиционно большей по сравнению с электронными средствами массовой информации опоры на аналитичность и экспертное панорамирование общезначимых событий.
9. Альтернативной площадкой общественной дискуссии в условиях дефицита публичности является сеть Интернет.
Практическую значимость диссертации составляют: комплексный анализ подходов к изучению публичной политики в западных и российских исследованиях, определенные функции СМИ как института публичной политики, установленные формы и методы участия общероссийской прессы в политическом процессе, выявленные условия и технологии производства публичности.
Общие результаты исследования могут быть интегрированы в учебный процесс: выявленные механизмы участия СМИ в формировании публичной политики представляют интерес в качестве основы учебных курсов, лекций и спецсеминаров по политической журналистике.
Апробация исследования. Материалы диссертации излагались автором и обсуждались на научных конференциях, проходивших на факультете журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова.
В рамках работы над диссертацией автор участвовала в исследовательских проектах, организованных на кафедре периодической печати факультета журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова под руководством Л.Л. Реснянской: исследование повестки дня думской предвыборной кампании 2007 г. и президентской предвыборной кампании 2008 г., а также подготовке сборника интервью о политической журналистике (О политической журналистике: Книга интервью // Сост. Л.Л. Реснянская. – М.: МедиаМир, 2009).
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Структура диссертации обусловлена поставленными целями и задачами. Диссертация представляет собой введение, три главы, заключение, список литературы и приложение.
Во Введении обоснована актуальность и научная новизна темы, определяется научная проблема, ставятся цели и задачи диссертационной работы, устанавливаются объект и предмет исследования, дается обзор литературы, указывается теоретическая и практическая значимость работы, характеризуется эмпирическая база исследования, формулируются выносимые на защиту положения.
Первая глава «Основные принципы функционирования публичной политики» состоит из трех параграфов, в которых на теоретическом уровне рассматривается проблема формирования публичной политики в социально-политической среде общества, переживающего период трансформации и не обладающего достаточными для производства публичности ресурсами.
В первом параграфе «Современные концепции публичной политики» исследуются подходы западных и российских ученых к определению термина. Публичная политика в современной политологии рассматривается как: 1) политика в интересах граждан; 2) политическое участие; 3) пространство взаимодействия политических акторов; 4) публичная рефлексия власти и общества; 5) разработка политических курсов с учетом интересов общественных групп.
В ходе теоретического анализа с учетом предмета диссертационного исследования устанавливается суть термина: публичная политика – это политика в интересах граждан, предполагающая общественное участие в процессе принятия решений. Сущностное ядро политики в интересах общества ‒ публичность. Индикаторами публичности являются: прозрачность деятельности власти, диалогичность взаимодействия политических акторов, открытый характер политического процесса, конкурентность политического поля (реальная политическая конкуренция рассматривается как непреложное условие «столкновения интересов», результатом которого становятся эффективные решения общественных проблем). Важнейшим аспектом функционирования публичной политики является ее коммуникативная сторона: в процессе информационных обменов устанавливается коммуникация между властью и обществом.
Во втором параграфе «Структурно-функциональный анализ субъектов публичной политики» выделяются субъекты публичной политики, их функции, которые определяются целями публичной политики: обеспечение открытости политического процесса, организация доступа к процессу принятия решений. В контексте данной работы рассматривается институциональный сегмент публичной политики: широкое общественное участие в процессе принятия решений организуется посредством институтов представительства.
Деятельность главного института публичной политики – парламента‒ заключается в предъявлении интересов общества власти. Это опосредует отношения между государством и обществом с помощью принципа публичности. Парламент является пространством функционирования партий, которые артикулируют интересы различных групп общества, защищают и отстаивают эти интересы публично через открытый политический дискурс, осуществляют поиск и выработку совместных решений.
Средства массовой информации выступают как субъект функционального уровня, обеспечивающий контакт между политическими акторами и организующий двустороннюю коммуникацию, необходимую для включения в политический процесс представителей гражданского общества. В рамках процедур широкого обсуждения средствами массовой информации реализуются функции контроля деятельности власти, экспертиза властных решений и поиск альтернативных подходов.
Для понимания характера функционирования институтов изучается: цель институционального действия, организация механизма общественного участия и достижения социального согласия, рассматривается феномен общественного доверия как легитимации деятельности институтов. Эффективность деятельности институтов зависит от точности выполнения роли через определенные функции на конкретном «участке».
Производство публичности зависит как от институтов, так и от реальной структуры политического поля с открытым или закрытым контуром. Открытость политического поля означает доступ всех конкурентных сил к процессу принятия решений и подключение к их выработке общества; закрытое поле – абсолютное доминирование власти в разработке политических курсов.
В третьем параграфе «Проблемы производства публичности» выявляется основное условие функционирования публичной политики ‒ тип политического режима. Поскольку общественное участие в процессе принятия решений является одним из принципов демократического политического устройства, производство публичности возможно только при демократическом режиме. Высокий уровень общественного участия в демократическом политическом процессе во многом определяется партисипаторной («участнической») политической культурой населения. В свою очередь, демократическая журналистика предполагает определенную степень экономической и политической независимости, отсутствие цензуры и самоцензуры журналистов, разветвленную («плюралистичную») систему СМИ.
«Недостроенность» демократического устройства проявляется в слабости общественного участия в процессе принятия решений, неэффективной деятельности демократических институтов, контроле деятельности многих общественно-политических СМИ.
Вторая глава диссертации «Политический контекст функционирования институтов публичной политики» посвящена исследованию объективных условий и субъективных факторов производства публичности в российской политике.
В первом параграфе «Вызовы политического плюрализма» изучается тип постсоветского политического режима, выделяется его основная характеристика: моносубъектность власти при фактическом отсутствии разделения властей. Констатируется имитация социального партнерства, скрывающая прерогативы исполнительной власти и этатизацию российского политического поля, превращенного в пространство, в котором фактически действует только государство. Очевидно, что «недостроенность» российской демократии является основной причиной дисфункциональной деятельности институтов публичной политики.
Во втором параграфе «Общенациональные СМИ в медиасистеме России» анализируются формы и методы участия средств массовой информации в политическом процессе. Особая роль в производстве публичности принадлежит общенациональным СМИ, в первую очередь – печатным изданиям, обладающим высоким потенциалом аналитического подхода к реалиям. Исследователями выявлены основные признаки общенациональных СМИ: широкая территория распространения, величина и состав аудитории, тематика содержания (определенный «универсально-тематический» тип, «газета обо всем»). Такие средства массовой информации способны организовывать общенациональную дискуссию, тем самым активно участвовать в производстве публичности.
Во второй части параграфа определяются основные тенденции развития российского медиаполя и устанавливается зависимость состояния системы СМИ от состояния политического поля. В течение двадцатилетнего периода российской демократии СМИ последовательно теряют субъектность и проходят путь от независимого политического актора до инструмента пропаганды.
В третьем параграфе «Дефицит публичности как характеристика состояния российского политического поля» оценивается состояние политического пространства на современном этапе, характеризуется состояние парламента и СМИ. Под дефицитом публичности понимается непрозрачность и недиалогичность действий участников политического процесса, исчезновение процедур и площадок широкого обсуждения, угасание обмена мнениями и закрытый характер принятия решений. Основными причинами дефицита публичности являются заметное снижение функции выработки публичной политики в российском парламенте, где принятие решений контролируется одной партией, а также ущемление компетенций СМИ как института публичности через разные формы контроля их деятельности. Как закономерный результат дефицита публичности снижается внимание граждан к политическому процессу. Неучастие общества в политическом процессе приводит к исчезновению обратной связи и общественного диалога, без которых функционирование публичных институтов малоэффективно и затрудняет процесс производства политики в интересах народа.
Третья глава диссертации «Функциональные и дисфункциональные результаты деятельности общероссийских СМИ как субъекта публичной политики» посвящена рассмотрению основных технологий формирования публичной политики средствами массовой информации.
В первом параграфе «Идеологический плюрализм и политическая конкуренция» анализируется строительство российской парламентской системы. Сокращение информационных обменов в публичном поле берет начало в 1999 г., когда на выборах в Государственную Думу началось строительство новой парламентской системы, и очередная попытка создания партии власти оказалась успешной. Формально первое место на выборах заняла Коммунистическая партия, но получившее второе место «Единство» и третье «ОВР» объединились почти сразу после выборов, получив значительное преимущество перед коммунистами, и в следующий цикл вышли уже вместе под названием «Единая Россия». В Думе четвертого созыва и пятого созывов «Единая Россия», претендующая на выражение и отражение всех интересов общества, обладает конституционным большинством и возможностью легитимации властных инициатив.
Редукция конкуренции наблюдается и в ходе президентских кампаний: если в 1996 г. на пост главы государства изначально претендовали 11 кандидатов, то в 2008 г. претендентов было четверо. Постепенное исчезновение политической конкуренции приводит к однородности политического пространства, которое фактически монополизировано исполнительной властью.
Во втором параграфе «СМИ в поле политики: взаимообусловленные трансформации» рассматриваются формы и методы участия средств массовой информации в производстве публичной политики. Начало 1990-х отмечено развитием аналитики, становлением новых форматов СМИ, артикулирующих различные точки зрения. Однако электоральные процессы оказывают серьезное воздействие на общее развитие российской медиасистемы и способствуют смене ее ориентиров. На президентских выборах 1996 г. средства массовой информации используются властью в качестве инструмента пропаганды в организованной «войне двух зол». В избирательный период 1999 ‒ 2000 гг. идеологическая поляризация СМИ сменяется разделением по экономическому признаку: электоральные процессы организуют особый «политический рынок». В первой половине 2000-х гг. пресса перестает играть определяющую роль в производстве публичности: на первый план выходит телевидение, рациональная оценка мира сменяется иррациональной. Закономерно, освещение избирательного периода 2007‒2008 гг. в средствах массовой информации не вызывает большого интереса общественности; социальная проблематика оказывается на периферии политического дискурса, общественная дискуссия не модерируется.
В то же время во второй половине 2000-х гг. оформляется персоналистский режим, определяемый аналитиками как несбалансированное сосредоточение властных прерогатив в руках института-личности при формальном сохранении принципов и институтов, свойственных конституционному строю. В сфере духовно-идеологического производства акцентируется укрепление государственности, ориентация на имперское прошлое России, стремление к экономической и политической стабилизации. Растет влияние административного ресурса на средства массовой информации. Снижение интереса аудитории к политике и отсутствие полноценного общественного участия в политическом процессе приводит к общему снижению уровня электоральной культуры всех политических акторов.
В третьем параграфе «Кризис как ресурс дискурса» анализируется участие СМИ в производстве публичности в один из наиболее проблемных и общезначимых моментов современного российского политического процесса – в период мирового финансового и экономического кризиса. В условиях существующего запроса общества на большую демократизацию государственного устройства, а также в ситуации возможного разрыва «социального контракта» власть вынуждена в той или иной степени сделать политическое поле более плюралистичным. Доступ к принятию решений (хотя бы в консультационном режиме) получают различные политические акторы, в том числе представители оппозиции и НКО, реформируется в сторону смягчения избирательное законодательство. По инициативе президента, представители партии власти вновь принимают участие в дебатах с другими парламентскими партиями, деятельность руководителей государства становится более открытой.
На материале эмпирических исследований автором рассматривается изменение повестки дня в связи с «кризисной» тематикой: возвращается аналитика, развивается социальный дискурс (в октябре 2008 г. социальной и общественно-политической тематике была посвящена 141 публикация, в апреле эта цифра уже составляет 198 материалов в целом по массиву). Организуются различные формы участия общества в производстве контента СМИ, модерируется общественный диалог, необходимость которого публично постулируется властью. Если в 2008 г. в журналистских материалах освещается, в основном, ход кризиса и проблемы бизнес-предприятий, в 2009 г. проблемы граждан становятся главной темой медиасодержания: количество публикаций в апреле 2009 г. по сравнению с октябрем 2008 г. увеличилось на 81% (219 публикаций против 121). Увеличивается освещение выступлений первых лиц государства (Д.А. Медведева и В.В. Путина): 46 публикаций в апреле против 21 в октябре, нарастает обсуждение антикризисной программы правительства. Серьезно меняется объектность публикаций: если осенью главным было обсуждение бедственного положения США и Европы, а также расследование причин кризиса, в котором обвиняли, в первую очередь, Америку (по-современному трансформируя «образ врага»), то весной на первый план выходит жизнь общества. Кризис осознается и как внутрироссийское явление со своими причинами и предпосылками, обсуждение сосредотачивается на внутриполитических событиях; внимание СМИ возвращается к проблемам конкретного человека. В целом наблюдается рост диалогичности материалов: средства массовой информации стремятся привлечь к обсуждению экспертов, представителей бизнеса, членов правительства и др. Достаточно показателен рост количества публикаций, в которых основной формой речи авторов является диалог: 12% по массиву в октябре и 15% в апреле; монолог – 31% в октябре и 22% в апреле, использование в монологическом тексте суждений других людей – 57% в октябре и 65% в апреле. Происходит поиск путей выхода из кризиса, организуется общественная дискуссия.
В четвертом параграфе «Интернет и перспективы общероссийского диалога» изучаются возможности новых информационных технологий в формировании публичной политики. В рамках публичной политики новые технологии могут быть рассмотрены с двух сторон: во-первых, электронные коммуникации способствуют большей открытости власти и предоставляют новые возможности общественного участия в процессе принятия решений. С другой стороны, в медиаполе тенденция к сокращению в большинстве крупных печатных СМИ отделов по работе с читателями в той или иной степени компенсируется созданием «электронных» версий газет в сети Интернет, позволяющих развивать диалоговые обмены как между сотрудниками редакций и читателями, так и непосредственно внутри читательской аудитории.
В рамках концепции «электронной демократии» и ее воплощения в западных политических системах анализируется реализация российской Федеральной целевой программы «Электронная Россия (2002 ‒ 2010 гг.)» и констатируется невысокий уровень публичности российской исполнительной власти на современном этапе, несмотря на развитие личного общения лидеров государства с населением посредством популярных интернет-ресурсов. Сайты законодательного органа – парламента – также не отличаются высокой степенью публичности. Три из четырех сайтов парламентских партий в большей степени информационные, нежели «участнические», в то время как наиболее широко интерактивные возможности представлены на сайте оппозиционной партии КПРФ, традиционно опирающейся на прямые коммуникации с избирателями. На электронных ресурсах партий, учитывающих более интересы власти, чем общества («Единая Россия», ЛДПР, «Справедливая Россия»), механизмы обратной связи с аудиторией практически не представлены, что является дополнительным свидетельством их непубличности.
Развитие общения лидеров государства с населением при одновременной недостаточной развитости электронных ресурсов министерств и парламентских партий демонстрирует традиционный принцип функционирования российской публичной политики. Констатируется патерналистская традиция апелляции к высшей власти при сохраняющемся недоверии к среднему звену – органам государственного аппарата и институтам представительства.
Во второй части параграфа исследуются электронные версии выбранных общероссийских СМИ и возможности общественного участия, которые предоставляют эти ресурсы. В целом взаимопроникновение блогосферы и электронных версий средств массовой информации значительно расширяет аудиторию СМИ и предоставляет новые возможности участия пользователей: не только на уровне потребления и представленности в качестве объекта освещения, но и на уровне производства медиаконтента.
В Заключении изложены основные выводы и рекомендации, сделанные на основе проведенного исследования.
Неклассический вариант российской демократии негативно влияет на процесс формирования публичной политики и обусловливает дефицит публичности российского политического поля, заключающийся в дисфункциональной деятельности институтов представительства.
Снижение политической конкуренции фактически блокирует осуществление средствами массовой информации функций выявления и предъявления интересов социальных групп, экспертизы политических курсов и организации общественного диалога.
В наиболее проблемные моменты политического процесса власть стремится активизировать взаимодействие с обществом, в том числе в информационном пространстве. В эти периоды, соответственно, активизируется и диалоговое начало общенациональных СМИ (и особенно ‒ обладающих большим аналитическим потенциалом печатных средств массовой информации).
Широким форумом общественной дискуссии становится сеть Интернет. Интернет-СМИ и другие электронные ресурсы способны организовывать широкие дискуссии, к которым активно подключаются представители гражданского общества. Это пространство производства публичности является чрезвычайно перспективным.
Достижение целей публичной политики требует более эффективного функционирования институтов представительства, что, в свою очередь, возможно только в случае константного существования реальной политической конкуренции и снижения давления властных структур на СМИ. На уровне общенациональной повестки дня необходимо усиление социального дискурса и акцентирование общезначимых проблем, повышение внимания самих СМИ и их представителей к политическому процессу. Это позволит выразить интересы политических акторов, что, в свою очередь, будет способствовать выработке социально-ориентированных политических решений и повышению публичности политического процесса.
В Списке литературы указаны работы западных и российских ученых, общественных деятелей и журналистов, на которые опиралась автор данной работы, а также источники эмпирических исследований.
Приложение содержит таблицы, в которые сведены полученные результаты исследования, а также дополнительные материалы.
По теме диссертации опубликованы следующие работы:
1. Сивякова Е.В. Дефицит публичности как характеристика состояния политического поля России второй половины 2000-х гг. // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. – 2009. №3. С. 210-220. (0,7 п.л.)
2. Сивякова Е.В.: МГУ им. М.В. Ломоносова. Публичная политика и СМИ. Участие СМИ в формировании публичной политики: проблемы и опыт. – М., 2009. – 31 с. – Библиогр.: с. 29-31. Деп. в ИНИОН РАН №60778. (1,2 п.л.)
3. Сивякова Е.В. Смещение акцентов в СМИ как фактор сужения публичной сферы постперестроечной России // Материалы секции «Журналистика» Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых Ломоносов – 2007. – М.: Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, 2007. (0,2 п.л.)
4. Сивякова Е.В. Отсутствие дискуссии в парламентской и президентской кампаниях 2007 – 2008 гг. как фактор упадка публичной сферы России // Материалы секции «Журналистика» Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых Ломоносов – 2008. – М.: Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, 2008. (0,2 п.л.)
5. Сивякова Е.В. Дефицит публичности как характеристика политической системы России // Материалы секции «Журналистика» Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых Ломоносов – 2009. – М.: Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова (0,2 п.л.)
Общий объем публикаций – 2,5 п.л.