Information and Аnalytical Media Discourse as an Object of Communication and Discourse Research
Ширяева Оксана Витальевна
кандидат филологических наук, преподаватель Педагогического института Южного федерального университета, oksana.shiraeva@gmail.com
Oksana V. Shiriaeva
PhD in philology, lecturer at the chair of Russian language and speech culture, Pedagogical Institute, South Federal University, oksana.shirayeva@gmail.com
Аннотация.
В статье рассматриваются методологические основания исследования информационно-аналитического медиадискурса. Анализируются трансформации в языке российских СМИ 1990?2010 гг., повлиявшие на изменение подходов в теории журналистики и лингвистики. Автор следует коммуникативно-дискурсивному методу в анализе информационно-аналитических журналистских текстов. В ходе исследования выделяются основные типологические признаки данного вида текстов.
Ключевые слова: дискурс, медиадискурс, аналитические жанры, теория коммуникаций, медиалингвистика.
Abstract
The article deals with the methodological bases of research of information and analytical media discourse. The author analyzes the transformations taking place in the language of Russian mass media in 1990?2010 which have changed the approaches of journalism theory and linguistics. The author sticks to the communicative and discourse method in the analysis of information and analytical journalistic texts. During research the main typological features of this type of texts are allocated.
Key words: discourse, media discourse, analytical genres, theory of communications, media linguistics.
Методологические подходы к изучению языка СМИ, репрезентируемого различными коммуникационными каналами (пресса, телевидение, радио, интернет), претерпели радикальные изменения на рубеже 1990−2000 гг. Значительность пересмотра методологической базы можно сравнить только с теми необратимыми трансформациями, которым подверглись функции, стилевые и жанровые каноны, формы воздействия отечественных СМИ в указанный период.
Переход от модели прямой идеологической пропаганды тоталитарного образца к манипулятивной парадигме постмодерна, в которой осуществляется конвергенция различных типов медиадискурса (рекламный, развлекательный, новостной, информационно-аналитический), создал определенные вызовы для российской академической гуманитаристики1.
Так, нельзя не согласиться с оценкой ряда последствий изменившегося идеологического и жанрового ландшафта российских СМИ, данной Л.Р. Дускаевой: «Усиление информационной функции в современных СМИ связано с изменением в них информационной нормы. Это проявилось в росте объема информационного поля, а также в повышении “качества” информации, ее достоверности. Увеличение объема информационного поля связано с расширением публицистической проблематики, практическим исчезновением “закрытых зон” для средств массовой информации, а также с возможностью альтернативной подачи информации вследствие идеологического, политического, творческого расслоения прессы. Показ одного и того же события с разных сторон способствует в современной газете объемному его представлению»2.
Плюралистичность отечественной системы медиатекстов последних трех десятилетий, позволяющей отразить, реконструировать и/или мифологизировать событие с разных позиций3 – принципиально новое качество, мотивирующее формирование более сложного, кросс- или, по выражению медиааналитика Н. Фейерклафа, «трансдисциплинарного» подхода4.
О междисциплинарности методологии исследования языка СМИ, требующей синтеза теории и истории журналистики, стилистики, теории массовых коммуникаций, социологии, пишет Т.Г. Добросклонская в своей диссертации, инициировавшей новую для российской академической науки разновидность языкознания «медиалингвистика»5. Однако, как указывает автор и как показывает знакомство с зарубежными медиаисследованиями, понятие медиалингвистики на Западе развивается с 1980 гг.6
Следует отметить, что отечественная теория журналистики и лингвистика, специализирующаяся на изучении языка СМИ, столкнулась с определенной методологической проблемой – необходимостью адаптировать уже сформированный зарубежный аппарат media studies и media linguistics к отечественным традициям, развившимся на исторически ином материале (тоталитарные СМИ). В британской, немецкой и американской медиатеории принято изучать язык СМИ в единой системе «медиа», понимаемых как «любая форма зафиксированных в знаках сообщений», под которые подпадают семиотические системы, начиная с наскальных рисунков и завершая интернет-дискурсом7.
Такая системность в анализе СМИ связана в западных медиаисследвоаниях как с развитием семиотики в 1960−1970 гг., так и с формированием в это же время двух социогуманитарных направлений – «критики дискурса» и теории коммуникаций8. Признание антропологической природы текстов, критика различных форм субъективности (расовой, национальной, гендерной, политической, индивидуально-психологической) способствовала в западной теории масс-медиа выработке метаязыка описания конкретно-исторических и типологических (жанровых, стилевых, форматных) форм журналистской, а шире – массово-коммуникативной деятельности. Так, британский теоретик СМИ Н. Фейрклаф пишет о необходимости многофункционального подхода к медиатекстам: «В медиадискурсе анализируются не только традиционные лингвистические аспекты слова: семантика, грамматика, синтаксис предложения или меньших синтаксических единств, но и более крупные текстовые блоки, в которых обнаруживается связность (cohesion), как например организация поворота беседы в интервью, целостная структура новостной статьи»9.
Понимание сложной социальной и семиотической природы журналистского творчества присутствует в ряде отечественных исследований. Так, в монографии Ю.В. Рождественского массовые коммуникации и журналистика входят в состав системы речевых коммуникаций общества и анализируются исходя из социальной природы своего семиозиса10.
На необходимость конструирования теории «речевого воздействия как интегральной науки» указывает И.А. Стернин, представитель коммуникативно-дискурсивного метода в отечественной лингвистике11.
Он вскрывает важные социокультурные факторы развития массовых коммуникаций: «Причины социально-политического характера: развитие свободы, демократии, появление идеи свободы личности, равенства людей потребовали науку, которая показала бы, как убеждать равному равного. Не случайно в античных демократиях речевое воздействие играло столь заметную роль и сошло на нет в средневековье, когда господствовали тоталитарные и религиозно-догматические формы правления. В настоящее время <…> ХХ век стал “веком возражений”. В нынешних условиях людей стало нужно убеждать, причем всех (даже детей!). Стало необходимо убеждать широкий круг лиц, неравных друг другу по уровню образования, культуры и т.д., но требующих равного отношения. Убеждать стало необходимо в демократических государствах при выборах, в условиях плюрализма мнений и политической жизни, в условиях политической борьбы − политикам стало необходимо учиться убеждать людей в своей правоте»12.
Симптоматичен тот факт, что в последней четверти ХХ в. на Западе активно развивается новая междисциплинарная отрасль – «медиапсихология», которая «на микроаналитическом уровне описывает и объясняет поведение человека, обусловленное влиянием средств индивидуальной и массовой коммуникации»13. В отечественной науке данное направление начинает формироваться в отдельную дисциплину лишь в 2000 гг.
Указанные факторы доказывают, что на рубеже 1990−2000 гг. возникла необходимость научного осмысления новых явлений языка российских СМИ, в первую очередь, на уровне функциональной стилистики. Понятие «публицистический стиль», «газетно-публицистический стиль» в применении к постсоветской прессе обнаружили свою ограниченность для исчерпывающего описания реальности разросшейся жанрово-стилистической палитры масс-медиа 1990−2010 гг.
Новая эссеистика колумнистов аналитической и популярно-развлекательной журнальной прессы («Эксперт», «Секрет фирмы», «Деньги», «Огонек», «Слон», «Сноб», российские версии международных журналов «Эсквайр» и GQ и т.д.), развлекательно-аналитическая журналистика («Афиша», «Собака», «Арт-хроника»), экономическая аналитика, работающая на стыке академического и журналистского дискурса («Коммерсантъ», «Эксперт», D', «Ведомости»), − эти и другие явления журналистики постсоветского медиапространства потребовали интеграции ряда филологических, социологических, культурфилософских и собственно куммуникативистских методов.
Вовлечение в речевой, риторический арсенал СМИ практик повседневного дискурса, профессиональных и маргинальных дискурсов, усиление игровой направленности стало ощутимой стратегией. И в этих условиях усиления диалогической составляющей особенно важен синтез лингвистических методик и методик теоретико-журналистского исследования.
Сформировавшееся в последние два десятилетия перемещение исследовательского интереса с языка как системы на прагматические, процессуальные, социокультурные характеристики речи создало предпосылки для формирования нового типа научной парадигмы – дискурсологии, призванной, как некогда семиотика в области системных исследований, объединить специализированные подходы к социальным репрезентациям языка в рамках мультиметодологического, но сосредоточенного на едином понимании природы коллективных речевых практик направления14.
Предметом нашего рассмотрения является коммуникативно-дискурсивный подход к изучению информационно-аналитического медиадискурса. Мы ограничиваемся рассмотрением материала прессы, в частности, аналитических деловых газет и журналов («Коммерсантъ», «Эксперт», «Ведомости»). Актуальность нашей темы связана с потребностью современной медиалингвистики очертить область своих исследований, выработать свой понятийный аппарат, систематизировать актуальные явления аналитической журналистики.
Понимание корпуса аналитических журналистских текстов (аналитических статей, обзоров, рейтингов, интервью15) как информационно-аналитического медиадискурса восходит к понятию дискурса.
С акцентом на категории коммуникативного события определяет дискурс М.Н. Кожина: «Дискурс обозначает конкретное коммуникативное событие, фиксируемое в письменных текстах или устной речи, осуществляемое в определенном когнитивно и типологически обусловленном коммуникативном пространстве»16. По ее мнению, в анализе дискурса превалирует установка на реконструкцию «внешних по отношению к тексту особенностей коммуникативного процесса»17.
Как пишет Т.Г. Добросклонская, «медиатексты собираются из заданного лексико-синтаксического материала, “расфасовываются” в те же готовые устойчивые формы (медиаформаты), превращаясь в тематически связанные, лингвистически предсказуемые произведения речи. Содержание текстов массовой информации меняется ежедневно, но очень медленно, почти незаметно, меняется их форма»18. Таким образом, всякий медиатекст включает как жанровые, т.е. стереотипные элементы, так и авторские или свойственные коллективному субъекту медиа (формату, корпорации).
Т.Г. Добросклонская предлагает рассматривать современную российскую жанровую систему СМИ следующим образом: репортаж, очерк, обзор, заметка, фельетон, интервью, отчет и т.п. В англо-американской системе СМИ выделяют такие жанры, как новости, комментарий, тематическая статья, аналитика, интервью (news, commentary, features, opinion column, interview) и.т.д. В качестве типологически формирующих признаков она предлагает:
· способ создания (авторский – корпоративный, устный – письменный);
· способ воспроизведения (устный – письменный);
· канал распространения (конкретное средство массовой информации: печать, радио, телевидение, интернет);
· функционально-жанровый тип текста (новости, комментарий, features, реклама);
· тематическая доминанта или медиатопик (политика, бизнес, образование, культура, спорт и т.д.).
Отечественная медиалингвистика охватывает сегодня дискурсы рекламы, PR, прессы, телевидения, радио, интернет-комуникаций (социальные сети, онлайн-издания, форумы, блогосфера). Специфика каждого типа медиадискурса сказывается на всех уровнях порождения, композиции, оформления и восприятия текста. В современной структуре СМИ, охватывающих все формы массовой коммуникации, можно выделить несколько типов дискурсов, исходя из жанрово-форматной установки:
· новостной (жанры: новостная заметка, новость с комментариями экспертов);
· репортажный (жанр: репортаж);
· информационно-аналитический (жанры: аналитическая статья; корреспонденция; аналитический обзор; аналитическое интервью; редакционная статья);
· эссеистический (жанры: эссе; редакторская колонка)
· нарративный (дискурс, использующийся в очерке, а также в ж
Русский
English