Цифровое неравенство в парадигме научных дискуссий в Германии

 

Ссылка для цитирования: Вороненкова Г.Ф. Цифровое неравенство в парадигме научных дискуссий в Германии // Медиаскоп. 2016. Вып. 4. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/2200

 

© Вороненкова Галина Федоровна

доктор филологических наук, профессор кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, директор Свободного Российско-Германского института публицистики (СвРГИП), galina-f-w@ya.ru

 

Материал подготовлен на основе доклада, сделанного на круглом столе «Цифровое неравенство в России и Европе: 20 лет постановки вопросов и поиска решений», который был посвящен 20-летию участия России в Совете Европы и прошел на факультете журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова 25 февраля 2016 г.

Аннотация

В материале рассматривается отношение к проблеме цифрового неравенства в Германии, его преодолению с точки зрения этнографического фактора, предлагается анализ тематики и контента научных дискуссий немецких исследователей, показаны векторы их исследований для различных социальных групп в ближайшем будущем.

Ключевые слова: цифровое неравенство, цифровая пропасть, Германия, научные дискуссии, категории цифрового неравенства, диффузия инноваций, структура аудитории, целевые группы.

 

Споры о дефиниции

В немецком языке так же, как и в русском, не сложилось единого эквивалента устоявшегося в английском языке термина digital divide (ср.: по-итальянски divario digitale), (по-французски fracture numérique), (по-испански brecha digital). Дефиниция, определяемая как «цифровое неравенство», на немецком имеет два значения (1) digitale Kluft (ср.: по-английски digital gap) и переводится как «цифровая пропасть» или (2) digitale Spaltung (ср.: по-английски digital divide) переводится как цифровой разрыв. Используются и словосочетания «цифровой барьер», «цифровое разделение», «дигитальная яма», «дигитальный разрыв», «цифровой занавес».

Известно, что термин возник в середине 1990-х гг. в результате общественных дискуссий и ​​вылился в форум Digital Divide Network. В ФРГ в 2014 г. было издано исследование доктора Николя Циллиен и Марена Хауфс-Брусберга «Научный барьер и цифровое неравенство» (см. рис. 1), которое научно обосновывает значение термина и суть проблемы.

Рисунок 1. Обложка книги «Научный барьер и цифровое неравенство»

Еще раньше, в 2011 г., был издан учебник «Качественные методы исследования науки о коммуникациях» (см. рис. 2).

Рисунок 2. Обложка книги «Качественные методы исследования науки о коммуникациях»

 

Публичные дискуссии о «дигитальном неравенстве» начались в конце 1980 гг. и начиная с 1990 гг. охватили весь мир. Обсуждение проблем цифрового неравенства началось со спора о правильности самого термина. Известно, что термин «цифровое неравенство» стал, по сути, причиной для Всемирного саммита ООН по информационному обществу (WSIS) в Женеве в 2003 г. и в Тунисе в 2005 г. Этот термин (а также «цифровой разрыв») получил широкое признание среди представителей гражданского общества и в официальных документах¹.

Согласно Хартии глобального информационного общества (ГИО), принятой 22 июля 2000 г. в Окинаве «Группой восьми» как инструмент равной доступности информационных технологий для людей во всем мире, сокращение «цифрового разрыва» (англ. digital divide) является основополагающим принципом ГИО. Всемирный банк в 2005 г. сообщил, что цифровое неравенство сокращается, правда, имея за счет использования мобильных телефонов2.

Дискуссия о цифровом неравенстве и в Германии продолжается много лет. И здесь она начиналась с семантической особенности самого термина. Термин digital divide хорошо известен в немецкоговорящих странах и констатирует социальное неравенство, которое может возникнуть в связи с использованием или неиспользованием цифровых технологий. Исследователи пришли к выводу, что проблема состоит в том, что неблагоприятное социальное положение трудно отследить эмпирически, поэтому данные по использованию новых технологий не очень надежны.

До сих пор не понятно, кто ввел этот термин и сделал «вброс» в общественные дискуссии. В результате эксперты пришли к выводу, что цифровое неравенство − это ситуация, когда у какой-то группы людей отсутствует возможность доступа к современным информационным технологиям. При этом цифровое неравенство может существовать как в масштабах всей планеты, так и в масштабах страны или даже города. Цифровое неравенство особенно опасно тем, что дополнительно увеличивает и без того заметное конкурентное преимущество богатых слоёв населения перед бедными слоями населения, исключая последних из современной информационной экономики.

Немецкие исследователи вслед за своими зарубежными коллегами считают, что большинство концепций цифрового неравенства являются спорными. Первый аргумент, который приводят критики, состоит в том, что доказать «цифровой разрыв» эмпирически практически невозможно. В частности, может быть проигнорирован тот факт, что перспективы имеющихся в наличии менее развитых технических условий («подключение к Сети») зависят прежде всего от бизнеса, а также мастерства людей, которые используют эти методы. Постепенно это вылилось в дискуссию не просто о «цифровом неравенстве» − заговорили о феномене «цифровой пропасти», что, естественно, смещает в последние годы разделение на офлайн- и онлайн-пользователей в сторону многомерной конструкции, которая идентифицирует новые виды неравенства в использовании всей информационной среды.

 

Категории цифрового неравенства

Для цифрового неравенства и вопроса, когда оно будет закрыто или останутся лишь его нюансы, влияние оказывают конкретные, специфические несоответствия (несходства) и существуют различные понятия. Метамодели, по Гильберту (2011), базируются на теории диффузии инноваций (англ. Diffusion of innovations) посредством социальных сетей и согласно концептуальной основе различных определений. Следует напомнить, что метамодель − это модель, которая описывает структуру, принципы действия другой модели, а диффузия инноваций − это теория, которая стремится объяснить, как, почему и с какой скоростью новые идеи и технологии распространяются через разные культуры.

Все виды исследований и проектов цифрового неравенства классифицируются по четырем категориям, которые должны ответить на вопросы: (1) кто является участником, (2) какие признаки имеют эти характеристики, (3) какие технологии используются, (4) каким образом они объединены в сеть. По мнению немецких исследователей, это приводит к матрице из четырех параметров, в то время как каждый имеет свое измерение и состоит из различных переменных.

• Кто − физические лица, организации, общины, общества, регионы мира.
• Какие характеристики − доходы, образование, география, возраст, пол, тип собственности, размер, рентабельность, сегменты.
• Какие технологии − телефон, Интернет, компьютер, цифровое ТВ.
• Тип доступа − только доступ (разовый вход), постоянное использование, активный участник и в процессе интеграции.

По заключению немецких исследователей, это приводит к матрице из четырех параметров, в то время как каждый имеет свое измерение и состоит из различных переменных. Каждая дополнительная переменная величина увеличивает комбинационные возможности этой четырехмерной матричной экспоненты. Чтобы понять сущность немецкой политики по устранению проблемы цифрового неравенства, обратимся к статистике, в частности, к структуре аудитории.

 

Структура аудитории

Почти 80 % немцев в 2015 г. пользовалось Интернетом, увеличение разницы в пользователях связана с социодемографическими факторами, прежде всего – с возрастом. Согласно журналу «Медиа перспективен» (Media Perspektiven), в 2013 г. общее количество пользователей составляло 77,2%3. С течением времени увеличивается количество тех, кто использует интернет-пространство (Web) все чаще и большим количеством способов. Все больше и больше пользователей серфинга, а также пользователей видео- и аудиоконтентов.

Как показывает исследование онлайн-студии ARD/ZDF, немцы пользуются Интернетом более интенсивно, применяя более гибкие методы. В 2014 г. время использования Интернета составляло в среднем 169 минут в сутки, что на 36 минут больше, чем в 2013 г.4

В 2015 г. возросло количество ежедневных пользователей Интернета на 3,5%, охватывая 44,5 млн человек (63%)5, увеличилось также число пользователей мобильного Интернета до 30,7 млн человек (55)%, что на 3,2 млн больше, чем в предыдущем году. Выросли показатели по использованию видео- и аудиоконтента и телевизионных передач: 53% отслеживают видеоконтент в Сети по крайней мере раз в неделю, 33% использует мобильные аудиопрограммы.

Исследовательская онлайн-группа ARD/ZDF анализирует ситуацию ежегодно начиная с 1997 г. и обнародует данные в журнале «Медиа перспективен». И все же, по мнению исследователей, распространение Интернета в Германии идет медленнее, чем ожидалось. В начале 2015 г. 79,5% немцев имели доступ к Интернету, что составляло 56,1 млн человек в возрасте от 14 лет. В то же время, по сравнению с предыдущим годом, прирост составил всего 0,4-процентных пункта. По-прежнему преобладает мужская аудитория пользователей: 52,4% против 47,6% женщин6.

 

Изменения в возрастных целевых группах

На протяжении многих лет наблюдается рост пользователей среди молодежной аудитории, о чем свидетельствует таблица 1. Причем до 2009 г. считался прирост немцев с 14 лет, с 2010 г. – прирост немецкоговорящих граждан ФРГ.

 

Таблица 1. Структура возрастных категорий пользователей Интернета (в %)

Год	1997	2000	2005	2010	2013
Всего	6,5	28,6	57,9	69,4	77,2
Возрастные категории
14−19	6,3	48,5	95,7	100,0	100,0
20−29	13,0	54,6	85,3	98,4	97,5
30−39	12,4	41,1	79,9	89,9	95,5
40−49	7,7	32,2	71,0	81,9	88,9
50−59	3,0	22,1	56,5	68,9	82,7
60 и старше	0,2	4,4	18,4	28,2	42,9

Источник: Media Perspektiven. Basisdaten 2013. S. 82.

 

Эта таблица показывает, что при анализе возрастных групп лидерство подключения и пользования Интернетом принадлежит двум возрастным группам – от 14 до 19 лет и от 20 до 29 лет, а темпы роста характерны для возрастной группы людей от 60 лет и старше почти в два раза. Средний возраст пользователей увеличился с 43 лет в 2014 г. до 44 лет в 2015 г. Что касается ежедневного использования Интернета, то здесь ситуация выглядит так: граждане от 14 до 49 лет составляют 85%, среди людей старше 60 лет эта цифра доходит до 30%.

Исследования показывают и активный уровень пользования сетями людей, имеющих высокий уровень образования (см.: табл. 2).

 

Таблица 2. Структура пользователей сетями по образовательной мотивации (в %)

Год	1997	2000	2005	2010	2013
Всего	6,5	28,6	57,9	69,4	77,2
Профессиональная деятельность
Имеющие высшее образование	15,1	58,5	97,4	100,0	100,0
Занятые в профессии	9.1	38,5	77.1	82,4	89,6
Пенсионеры и не работающие по профессии	0,5	6,8	26,6	36,4	50,2

Источник: Media Perspektiven. Basisdaten 2013. S. 82.

 

Исследователи отмечают, что до 55% повысился уровень пользователей мобильными СМК, причем самой большой приток показывает мобильный Интернет. В то время как среднестатистический гражданин проводит ежедневно 108 минут в Сети со стационарных источников, а при использовании смартфонов и планшетов это количество увеличивается на 50 минут, т.е. до 158 минут в сутки. Суммируя данные, исследователи приходят к выводу, что 90% пользователей удовлетворяют свои информационные потребности с помощью мобильных источников, и лишь 59% – со стационарных компьютеров.

 

Больше используются видеосюжеты

В то время как число пользователей Интернета достигло точки насыщения во многих возрастных группах, и в 2015 г. продолжало расти колич